От богатства к краху. Экономическая трагедия Венесуэлы.
От десятилетия военной диктатуры в 1948-1958 годах до импичмента Карлоса Андреса Переса в 1993 году – путь Венесуэлы был сложен и тернист. Но несмотря на все эти проблемы, никто не отрицал экономический потенциал страны.
После открытия месторождений нефти в начале XX века, нация быстро построила свою экономику на «черном золоте».
В 1950 году, когда вся остальная часть мира пыталась оправиться от последствий Второй мировой войны, Венесуэла занимала 4-е место по ВВП на душу населения. Показатель был в 2 раза больше, чем у Чили, в 4 раза больше, чем в Японии и в 12 раз больше, чем в Китае.
К сожалению, процветание Венесуэлы продлится недолго, и чрезмерная зависимость от нефти вскоре приведет к неожиданному ухудшению экономики.
Крушение экономики
С 1950 г. по начало 1980-х годов экономика Венесуэлы показывала устойчивый рост. К 1982 году страна оставалась самой богатой экономикой в Латинской Америке. Она использовала огромные нефтяные богатства для финансирования социальных программ, включая здравоохранение, образование, транспорт и субсидии на продукты. Заработная плата рабочих Венесуэлы была одна из самых высоких в регионе.
Эта гифка (слишком тяжелая для пикабу) покажет, как быстро Венесуэла сдала свои позиции. В середине 1980-х годов все закончилось тем, что перепроизводство нефти уничтожило экономику страны, которая не была диверсифицирована.
Сегодня экономика Венесуэлы одна из слабейших в Латинской Америке. МВФ предполагает, что ситуация будет лишь ухудшаться. Согласно прогнозам организации, ВВП Венесуэлы на душу населения по паритету покупательной способности (ППС) к 2022 году составит всего $12210. Это было бы огромным провалом, ведь тогда страна была бы беднее, чем до эпохи Чавеса.
По данным ОПЕК, экспортные поступления Венесуэлы по-прежнему на 95% состоят из нефтяных доходов. Это означает, что любые колебания цен на нефть могут привести либо к огромным богатствам, либо к почти нищете.
На приведенном ниже графике показаны нефтяные доходы страны и уровень инфляции. Этот график представляет историю экономики Венесуэлы.
После нефтяного перепроизводства в 1980-х годах нефтяные доходы резко упали. И Венесуэла провела свой первый бой с инфляцией, когда показатель достиг пика в 1989 г. – 84,5%, а затем в 1996 г. – 99,9%. Без достаточного количества денег страна вынуждена была полагаться на печатный станок в попытке сохранить уровень жизни.
В 1998 году к власти пришел Уго Чавес, который пообещал, что Венесуэла сможет сократить бедность и повысить уровень жизни, еще сильнее опираясь на богатство энергетическими ресурсами. Восстановление цен на нефть помогло ему это реализовать в 2000-х годах. В 2013 году Чавес скончался.
Николас Мадуро, который стал президентом после смерти своего предшественника, почти сразу столкнулся с крахом нефтяных цен. Тогда стало ясно, что интенсивная борьба Венесуэлы с инфляцией только началась. Национальная валюта, венесуэльский боливар, вскоре стала почти бесполезной.
Сейчас СМИ пестрят заголовками о кризисе и гиперинфляции, царящих в стране. Наблюдается массовая нехватка продовольствия и других предметов первой необходимости. Беспорядки усиливаются. Люди называют ситуацию «гуманитарным кризисом». Обескураживает все это видеть в одной из самых богатых стран на планете.
Что-то эта история мне напоминает.
Но почему, в Арабских Эмиратах и рядом других стран, все благополучно?! Ведь там тоже только нефть, основной источник доходов.
Если посмотреть на график нефтяных доходов и инфляции, хорошо видно еще вот что, неоднократно нефтяные доходы были близки к показателям 2015 года и многократно ниже показателей 2014 года, такой чудовищной инфляции, как и экономического спада, не было никогда.
Главная проблема и болезнь экономики Венесуэлы — социализм.
А, я забыл, во всех странах где социализм провалился (почти везде) он был ненастоящим.
В Венесуэле начали принимать карты «Мир»
Страна также планирует расширить сеть приема российских карт
Фото: Екатерина Невская
Карты российской платежной системы «Мир» начали принимать в POS-терминалах торгово-сервисных предприятий Венесуэлы, рассказали «РИА Новостям» в пресс-службе системы.
«Работа над расширением сети приема российских карт в устройствах банков в этой стране продолжается», — сказали представители пресс-службы в разговоре с агентством.
Ранее президент Центрального банка республики Каликсто Хосе Ортега Санчес в рамках ПМЭФ-23 говорил, что в Венесуэле обновили почти 40 тысяч терминалов, чтобы российские карты «Мир» работали в туристических зонах страны. Кроме того, по его словам, финансовые власти Венесуэлы стремятся к тому, чтобы 30% платежных терминалов принимали карты, выпущенные российскими банками.
О том, что страна запустила систему «Мир», Каликсто Хосе Ортега Санчес также говорил в беседе с ТАСС. Тогда он заявил, что для Венесулы «не имеет значения», что думают США и страны Евросоюза о финансовом сотрудничестве с Россией.
Полиция перекрыла канал поставки наркотиков в РФ из стран Латинской Америки. Изъято более 200 кг наркотика стоимостью более 800 млн руб
МОСКВА, 31 марта. /ТАСС/. Сотрудники полиции перекрыли канал поставки в РФ из стран Латинской Америки кокаина в особо крупном размере, изъято более 200 кг наркотика стоимостью более 800 млн рублей по ценам черного рынка. Как сообщила ТАСС в пятницу официальный представитель МВД России Ирина Волк, в Санкт-Петербурге задержаны двое подозреваемых в противоправной деятельности.
«Сотрудниками Главного управления по контролю за оборотом наркотиков МВД России и их коллегами из Санкт-Петербурга пресечена деятельность международной наркогруппировки. Перекрыт канал поставки в Российскую Федерацию из стран Латинской Америки кокаина в особо крупном размере. В результате оперативно-разыскных мероприятий в Санкт-Петербурге задержаны двое ранее неоднократно судимых местных жителей», — сказала она.
По словам Волк, предварительно установлено, что в перевозившем фрукты грузовом автомобиле они оборудовали тайники с наркотиками.
«Полицейские изъяли более 200 кг кокаина, стоимость которого по ценам черного рынка превышает 800 млн рублей», — добавила представитель ведомства.
Фото:© Артем Коротаев/ТАСС, архив
Источник: ТАСС
Ответ на пост «США и Венесуэла ведут переговоры об энергетике»
Помнится, когда пытались свергнуть Мадуро, в России некоторые умные люди подняли тему того, как именно Венесуэла будет отдавать многомиллиардные кредиты и инвестиции России и Роснефти. Говорили, что всё, Венесуэла под санкциями. Что ж, похоже если договорятся, у Венесуэлы появится шанс рассчитаться с долгами и по дивидендам
Ливия ответила на запрос Европы по поставкам нефти: Ливия не сможет заменить РФ на нефтяном рынке
Министр нефти и газа Ливии Мухаммед Аун заявил, что нефтяные компании его страны не в состоянии в настоящее время поставить столько топлива на европейский рынок, чтобы полностью заменить на нем российскую нефть. Такой вариант, по его словам, возможен не ранее чем через пять-десять лет.
Отмечается, что ранее Eni, итальянская нефтегазовая группа, предупредила о намерении заменить нефть из России поставками из других стран.
В пресс-службе Eni также подчеркнули, что группа приостановила подписание новых контрактов на поставки сырой нефти из РФ.
Депутат парламента Франции и кандидат в президенты республики Марин Ле Пен считает, что введение Европейским союзом эмбарго на российскую нефть вполне можно сравнивать с «совершением харакири».
По ее словам, санкции против Москвы со стороны Парижа станут, в первую очередь, жестким наказанием для самих французов.
Как выглядит обращение США к Венесуэле, против которой США ведут санкционную войну, и обращение ЕС к Ливии, которую бомбило всё НАТО, что в Ливии 11 лет идёт гражданская война всех против всех:
SILVERCORP USA. История ЧВК, попытавшейся организовать государственный переворот в Венесуэле
В начале 2018-го года на свет появилась перспективная частная военная компания Silvercorp USA, которую основал отставной военный Джордан Гудро. Эта ЧВК не хватала звезд с неба, но в 2020-м стала, пожалуй, самой известной в мире, так как оказалась замешанной в заговоре по свержению президента Венесуэлы Николаса Мадуро. Оглушительный провал операции, пленение сотрудников ЧВК, установление их связи с Дональдом Трампом, президентом Колумбии Иваном Дуке и фейковым лидером Венесуэлы Хуаном Гуайдо сделали Silvercorp одной из главных тем мая прошлого года.
Наполеоновские планы Джордана Гудро по превращению Silvercorp в мощную ЧВК, сидящую на государственных контрактах, моментально пошли прахом. Он до сих пор вынужден оправдываться за ту злополучную высадку, приведшую к тому типу известности, которую вряд ли кому-то можно пожелать.
ДЖОРДАН ГУДРО
История ЧВК Silvercorp началась фактически только в 2017 году, когда отставной военный Джордан Гудро решил выйти на рынок «приватизированной войны». В отличие от того же Эрика Принса, который, уходя из армии, опирался на огромное наследство покойного отца, создатель Silvercorp не мог рассчитывать на большие ресурсы при запуске компании.
Сам Гудро является канадцем, он родился 30 июня 1976 года в Калгари, где рос и учился. Военную карьеру начал в В С Канады, где прослужил 4 года — с 1994 по 1998-й. В 2001-м он перебирается в США и записывается уже в американскую армию (как гражданин Канады), где попадает в 10-ю группу спецназа ВДВ, базирующуюся в Форт-Карсоне. Можно отметить, что данное подразделение занимается в том числе международными миссиями сотрудничества с иностранными военными. Это облегчает попадание в его ряды натурализованных иностранцев, что, конечно, не отменяет необходимости иметь ряд определенных навыков, которые у Джордана Гудро очевидно были.
Через несколько месяцев после того, как Гудро оказался в американском спецназе, он поехал на свою первую войну. После терактов 11 сентября 2001 года под предлогом борьбы с терроризмом началось вторжение США в Афганистан. Конфликт продолжался 20 лет и закончился ничем.
Уже осенью 2001 года 10-я группа спецназа была переброшена на афганский театр военных действий, где принимала участие в различных операциях против талибов (прим. «Талибан» — террористическая группировка, запрещенная на территории Российской Федерации.). За время службы в Афганистане Джордан Гудро провел несколько месяцев на боевых заданиях и дослужился до сержанта первого класса, имея квалификацию профессионального военного медика. После этого у Гудро были как командировки в Афганистан, так и поездка на войну в Ираке, где 10-я группа спецназа в 2003 году работала в Иракском Курдистане, способствуя подрывной деятельности против сил режима Саддама Хуссейна. Там подразделение также занималось помощью в обучении отрядов Пешмерга, поисками «оружия массового уничтожения Саддама Хуссейна» и борьбой с усиливающимися радикальными исламистскими группами.
По отзывам сослуживцев Гудро, он был решительным и смелым профессионалом, который всего себя отдавал выполнению поставленных задач. Но на поздних этапах кампании в Афганистане в конце нулевых у Гудро начали проявляться тяга к авантюризму и желание заработать денег. Это привело к проблемам: в 2013 году он попал под трибунал, где рассматривалось дело о хищении 62 000 долларов, в котором Гудро был главным обвиняемым. Но доказать его вину не смогли, и он был оправдан. Позднее меркантильность основателя Silvercorp начали связывать с его знакомствами в «частном секторе», где крутились очень большие деньги, которые он никак не мог заработать, будучи простым солдатом.
И, скорее всего, Гудро ждала жизнь обычного военного, который отслужит и уйдет на пенсию. Но 2014 год все изменил. Во время тренировочного прыжка с парашютом Гудро неудачно приземлился, получив достаточно серьезную травму спины и сотрясение мозга. Хотя он и хотел вернуться в строй, лечение и реабилитация не принесли успеха. В 2016-м его признали инвалидом, не пригодным для службы в спецназе. Злые языки утверждали, что для Гудро это был удобный способ расстаться с армией, где он мало зарабатывал и велись разговоры о недоказанной краже денег. Но официально будущий создатель Silvercorp ушел именно по медицинским показаниям.
Гудро покидает службу, получив пособие по инвалидности, назначенную государством пенсию и американский паспорт. До этого он 15 лет служил в рядах ВС США как гражданин Канады.
Здесь можно опять же провести параллели с Принсом, который в «морских котиках» дослужился до лейтенанта за куда более короткий срок и не имел столь длительного опыта работы в спецназе. Пример Принса важен, так как он отлично демонстрирует, что «это были парни из разных лиг». У него имелись большие деньги, знакомства отца с высшими функционерами Республиканской партии США, а также связи самого Принса, полученные во время стажировки в Белом доме. Гудро же был обычным канадцем без больших денег и связей, дослужившимся за 15 лет лишь до сержанта первого класса и обвинявшимся в краже. Поэтому нет ничего удивительного в том, что у Принса получилась Blackwater, а у Гудро — только Silvercorp. Это важный момент для понимания, «что же пошло не так у частного подрядчика Гудро».
СТАРТ SILVERCORP И ТРАМП
Уволившись из армии, Гудро решил попробовать себя в частном секторе, тем более что еще с начала нулевых многие отставные военные находили себя в составе различных ЧВК (в первую очередь, в Blackwater), а сам он имел опыт работы с ними в Афганистане и Ираке еще во время службы в 10-й группе спецназа. Его карьера как частного подрядчика стартовала в 2017 году, когда Пуэрто-Рико захлестнул ураган «Мария», который нанес экономике и инфраструктуре острова огромный ущерб. Гудро вместе с группой отставных военных подрядился на работу по обеспечению безопасности, доставки медикаментов, охраны ценного имущества от мародеров и так далее. По сути, он занимался примерно тем же, что и ЧВК Blackwater во время ликвидации последствий урагана и наводнения в Новом Орлеане в 2005 году.
Заработанные деньги и первое крупное дело в портфолио Гудро сподвигли его выйти на новый уровень и создать свою частную военную компанию, которая в перспективе должна была побороться за государственные контракты.
В итоге в 2018 году была создана ЧВК Silvercorp, которая в качестве «разгонного блока» для своего пиара использовала болезненную реакцию американского общества, когда подросток в Паркленде расстрелял в школе 17 человек. Silvercorp оседлала эту тему, начав педалировать вопрос недостаточной частной и государственной охраны в американских учебных заведениях, слабого уровня подготовки охранников, неспособности охраны противостоять нападающим с автоматическим оружием и т. д. Себя Silvercorp уже в 2018 году позиционировала как подрядчика, который может предоставить эффективные пакетные решения по этому спектру проблем с помощью профессиональных военных специалистов. Как писали в то время в американской прессе, Гудро добивался государственного контракта на охрану учебных заведений, поэтому распускал слухи о том, что его компания работает на нескольких континентах в десятках стран мира, а в ее наблюдательный совет входят различные шишки из Госдепа, ЦРУ и Пентагона. При этом адресов офисов Silvercorp в других странах, а также списка высокопоставленных покровителей Гудро не предоставлял, в отличие от той же Blackwater или Constellis Group, которые не стеснялись показывать свои основные офисы по всему миру и список топ-менеджеров, где мелькали отставные сотрудники ЦРУ и бригадные генералы.
Собственно, еще с 2018 года о Гудро начало складываться мнение, что он приукрашивает свои возможности в сфере GR (Government Relations, дословно: взаимодействие с государственной властью — Прим. ФАН) с целью казаться серьезным игроком на рынке и выйти в высшую лигу американских ЧВК, чего невозможно достичь без государственных контрактов.
Сама Silvercorp в 2018—2019 годах позиционировала себя на рынке как «надежного подрядчика, предоставляющего широкий спектр услуг в сфере безопасности — от охраны и сопровождения до обучения и консалтинга» с помощью проверенных профессиональных кадров, прошедших подготовку в Вооруженных силах США и имеющих за плечами опыт боевых действий в Афганистане и Ираке.
Тем не менее, несмотря на весь скепсис в отношении Гудро, он действительно смог совершить головокружительный взлет на олимп американской политики. Уже после провала операции «Гидеон», когда Гудро сделал свои признания и появились фотографии «венесуэльского контракта», широкая общественность узнала, что сотрудники ЧВК Silvercorp обеспечивали охрану на массовых мероприятиях с участием Дональда Трампа, хотя такими вопросами обычно занимается «Секретная служба». Например, 8 ноября 2018 года Instagram-аккаунт Silvercorp USA опубликовал фотографии с массового мероприятия сторонников Трампа в Шарлотте (штат Северная Каролина), подписав их: «Охраняя наш самый ценный актив». Среди охранников Трампа был замечен и Люк Денман, который спустя 1,5 года будет задержан на территории Венесуэлы.
Таким образом, уже в год создания ЧВК Silvercorp Гудро появился в окружении Трампа, что важно для понимания, как он оказался втянут в историю с попыткой свержения Мадуро.
Доподлинно неизвестно, при каких обстоятельствах состоялась встреча, которая позволила отставному сержанту пролезть в окружение президента США. Но факт остается фактом: уже в 2018 году Гудро первый раз попал в Белый дом, где оказался вовлечен в венесуэльский проект, который после неудачной попытки свергнуть Мадуро зимой 2019-го перешел в стадию подготовки силового варианта отстранения чавистов от власти.
Инициатива провозглашения Хуана Гуайдо президентом Венесуэлы принадлежала группе неоконов во главе с Джоном Болтоном, который убедил Трампа, что Гуайдо — это именно тот человек, который нужен США в боливарианской республике. Когда проект «президент Гуайдо» начал буксовать и недовольство Трампа результатами политики в Венесуэле стало расти, Джон Болтон, Майк Помпео, Марк Рубио и Эллиот Абрамс взялись активно продвигать вариант решительной специальной операции в духе ареста президента Панамы Мануэля Норьеги и последующей постановки страны под полный американский контроль.
Сначала провалился план вторжения 200 боевиков из Колумбии под прикрытием «гуманитарного конвоя» и при пособничестве наркокартеля «Лос Растрохос». После этого, отвергнув план Принса с вторжением 5000 наемников, ставку сделали на план ЦРУ с «заговором генералов» и майским переворотом 2019 года, который оказался ловушкой для американских спецслужб. Так как издержки венесуэльского курса росли, а результата все не было, поиск вариантов продолжался. Где-то в этот период, летом-осенью 2019 года, был проявлен интерес к плану, продвигаемому людьми из окружения Гуайдо, которые хотели сделать ставку на скопившихся в Колумбии и Флориде дезертиров. В США они искали финансирования и поддержки. Но после провала майского переворота вкладывать большие деньги в этот проект никто не хотел, так как начало возникать мнение, что Мадуро останется, несмотря на давление со стороны США, и риски при участии в попытках его свержения существенно возрастают.
Поэтому и возникает фигура Гудро, у которого запросы на организацию операции были на порядок меньше, чем у того же Принса. Кроме того, он сказал, что готов получить оплату не до, а после операции в случае ее успеха. То есть заранее брал на себя и свою компанию риск, что в случае провала ему никто не заплатит. Это хорошо показывает уровень как самого Гудро, так и его компании — крупные ЧВК вряд ли согласились бы работать на таких условиях, с высоким риском отработать бесплатно. В какой-то мере ставка на Гудро является характерной чертой всей политики администрации Трампа, которая в международных вопросах часто демонстрировала вопиющий непрофессионализм и неразборчивость в средствах, в том числе и в случаях, когда это было невозможно списать на саботаж Демократической партии и разведсообщества.
В конечном итоге контракт с венесуэльскими оппозиционерами был подписан. Хотя Белый дом и отрицал свою причастность, маловероятно, что там могли не знать об одной из ключевых операций, которая должна была в корне изменить статус Гуайдо.
Сама операция по свержению Мадуро, по заявлению Гудро в опубликованном видео вместе с перебежчиком из Венесуэлы капитаном Хавьером Ньето, называлась «Гидеон». Кроме того, Гудро указал на то, что еще в октябре 2019 года получил от венесуэльского оппозиционера Хуана Гуайдо крупную сумму денег на проработку плана операции. Генеральный прокурор Венесуэлы Тарек Уильям Сааб показал журналистам фотографию контракта на операцию с подписями Гуайдо и Гудро, который первоначально был опубликован Патрицией Полео — венесуэльской журналисткой, бежавшей в Майями от правосудия на родине. Согласно опубликованному документу, контракт (часть страниц которого представлена ниже) был подписан на сумму 212,9 миллиона долларов и предполагал, что частный подрядчик Джордан Гудро и его ЧВК Silvercorp помогут свергнуть представителей действующей власти Венесуэлы, после чего новое «демократическое» правительство во главе с Гуайдо покроет расходы на операцию в указанном размере. Разумеется, в случае реализации этого плана Гудро мог действительно попасть в «высшую лигу»: он заработал бы много денег, а также положил бы в свое портфолио не мелочевку вроде охраны массовых мероприятий или ликвидации последствий урагана, а «свержение режима в интересах политики США». Это открыло бы для Гудро многие двери и, что главное, позволило бы рассчитывать на долгосрочные контракты, которые могли исчисляться сотнями миллионов, если не миллиардами долларов.
Страницы «венесуэльского контракта» с подписями Гуайдо и Гудро:
Инфляция в Венесуэле: почему цены выросли на тысячи процентов в год?
Сегодня мы все стали наблюдателями важного исторического явления. Гиперинфляция в Венесуэле достигла поистине устрашающей отметки в 2616%. Ещё немного и страна уверенно войдёт в пятерку стран — лидеров по гиперинфляции за всю историю наблюдений. О них можно прочитать в статье: Невероятная инфляция: пять случаев в истории, когда деньги превратились в пыль. Ожидается, что в следующем году, если Правительство не предпримет правильных шагов, инфляция превысит за год 14 000%.
Что такое гиперинфляция?
Если простым языком, инфляция — это обесценивание денег, которое проявляется в общем росте цен на товары и услуги. В норме инфляция — вполне закономерный процесс для любой экономики. Однако, когда её темпы превышают 50%, она называется гиперинфляцией. Слишком быстрый рост цен возникает после войны или в кризис.
Правительство, пытаясь выполнить все обязательства выпускает столько денежных знаков, что они становятся просто никому не нужны. Примерно то же самое сейчас творится и в Венесуэле. В магазин уже можно не брать кошелек, деньги можно носить в мешках, коробках. Венесуэльский боливар просто превратился в ненужную бумажку. Умберто Гонсалес, владелец магазина деликатесов в городе, заявил, что использует одни и те же весы, чтобы взвесить ломтики соленого белого сыра и банкноты от своих клиентов.
Венесуэльцы, те кто сохраняют оптимизм, шутят:
– Когда пора идти в магазин?
— А когда увидишь гигантскую очередь.
Но большинству, на самом деле не до шуток. В стране дефицит элементарных продуктов и промтоваров. Повсюду голод и вооруженные потасовки.
Почему всё так подорожало?
Большинство склонны объяснять причины Венесуэльского кризиса весьма просто. Популярных варианта обычно два — виноваты американцы, либо виноват новый президент Мадуро, пришедший к власти после смерти Уго Чавеса. Но на самом деле, всё намного сложнее, да и началось куда раньше.
Нефтяная зависимость
В 40-е годы XX века в Венесуэле обнаружили значительные запасы нефти. Власти страны уже тогда решили сделать ставку именно на этот сектор. Пока южноамериканские соседи развивали своё сельское хозяйство и промышленность, венесуэльцы продавали нефть за рубеж, а вместо собственных товаров закупали импортные на те деньги, которые им удалось выручить от продажи «черного золота».
Страна буквально подсела на нефтяную иглу. Фактические ситуация в экономике выглядела так – растут цены на нефть, у страны есть деньги, и в экономике все хорошо, как только цена падает, денег нет и всё опять плохо. И это длилось несколько десятков лет.
К нынешнему времени нефть формировала 96% всего венесуэльского экспорта и 70% всех доходов бюджета страны. Поэтому любой кризис или скачок цен ставил страну в крайне незавидное положение.
Нехорошие реформы
Уго Чавесу и его предшественникам вряд ли когда-то дадут премию по экономике. Реформы, и экономический курс в целом, которые они проводили, только усугублял экономическую ситуацию в стране на протяжении долгих лет.
Многие предприятия Венесуэлы были национализированы, и это сделало их работу плохой настолько, что местную продукцию просто никто не хотел покупать. В условиях гигантской коррупции они постепенно пришли к упадку. Зарубежные инвесторы, буквально сбежали от них. После падения доходов от нефтяного экспорта, другие отрасли должны были нарастить темпы для покрытия дефицита, но им это так и не удалось сделать. Предприятиям выдавались субсидии на производство, но они сами же везли товары «в серую» на экспорт в соседнюю Колумбию.
Уго Чавес ради поддержки населения тратил слишком много бюджетных денег на социальную сферу, создание рабочих мест, образование. Это, сами понимаете, очень нравилось населению, но приводило к невероятно высокой нагрузке на бюджет, который и так сводил концы с концами.
Кроме того, в Венесуэле практиковалась управляемая высокая инфляция. Цены росли в среднем на 15-20% в год и это было нормой.
Так государство поддерживало конкурентоспособность собственных товаров перед импортом. Дело в том, что, когда своя валюта падает в цене, она падает и к доллару. Импортные товары становятся дороже, и их меньше покупают. Но такое импортозамещение не слишком работало. Все заработанные капиталы быстро выводились заграницу. Ну какой предприниматель будет ждать, что уже к концу года его прибыль обесценится? Поэтому доля отечественных товаров продолжала падать в пользу импорта.
В таких условиях, торговые сети пытались завышать цены, а также продвигать иностранных производителей. Чтобы этого не допустить государство пыталось регулировать цены и создало свою сеть магазинов, где товары продавались с фиксированной наценкой. Она стала занимать 40% рынка. Естественно, предпринимателям было совсем не выгодно что-то производить себе в убыток, и они уходили с рынка.
А ещё в Венесуэле 2003 году было введено госрегулирование курса венесуэльского боливара – отдельно для физических лиц, отдельно для импортных операций. Какое-то время это работало, но в момент когда резко сократилось валютное предложение его применение привело к разбалансировке валютного рынка, нехватке валюты и появлению черного рынка с избыточно высоким курсом, что при высокой зависимости от импорта разгоняло инфляцию.
Вот такие вот замечательные реформы. Добавьте к ним коррупцию, растущие объемы контрабанды и колоссальный рост черного рынка, и получится то, к чему Венесуэла подошла к 2016 году.
Кризис 2016
Весной 2016 года наступил коллапс. Случилось всё и сразу. Из-за крупнейшей засухи погибло много урожая, а обмелевшие реки привели к резкому снижению выработки электроэнергии, начались веерные отключения электричества. Вместе с этим рухнули цены на нефть, а вместе с ними и курс боливара. Из-за роста спроса на валюту для закупок продовольствия, её просто не стало для большинства производителей. Четверть промышленности перестала работать. Людей сокращали, им не платили зарплаты. Эта участь постигла и многие госпредприятия. Чтобы хоть как-то удержать ситуацию власти решили выпустить больше валюты. Началась гиперинфляция.
Деньги в страну везли самолетами. Во второй половине 2015 г. Правительство заказало по меньше мере 5 млрд банкнот за рубежом, поскольку ЦБ не мог их напечатать сам. У него не было металла и специальной бумаги.
А правительство продолжало сдерживать цены на товары, продающиеся в супермаркетах. В результате импортеры продуктов питания практически прекратили ввозить что бы то ни было, поскольку при продаже им пришлось бы понести большие убытки. Согласно ряду оценок, в первой половине 2016 года импорт продуктов питания стал вполовину меньше, чем за год до этого.
Что теперь?
Власти Венесуэлы пытаются бороться, но пока почти безрезультатно. Зимой 2017 года, Венесуэла начала выпускать новые вертикальные банкноты достоинством от 500 до 20 тысяч боливаров. Кстати, чем-то напоминающие талончики. Буквально на днях, власти страны предложили ввести криптовалюту El Petro. В стране уже больше года действует чрезвычайное экономическое положение. Что делать дальше – пока никто не знает. Подробнее о реформах, которыми пытаются сдерживать инфляцию можно прочитать статье: Инфляция в Венесуэле 24500% : какими реформами Мадуро пытается обуздать рост цен?
Почему это важно?
Венесуэлу много лет считали перспективной развивающейся экономикой. На страну возлагали большие надежды, как на экономический двигатель всего региона. А теперь властям нужно приложить массу усилий для того, чтобы, наконец, выбраться из ужасной экономической ямы.
Казалось бы, какое отношение всё это имеет к нам, к России в частности? Ведь где Венесуэла, а где мы, и уровень развития экономики у нас на совершенно разном уровне.
Однако не всё так однозначно. Между нашими странами можно провести аналогию. И Россия, и Венесуэла ориентируются на экспорт сырья и нефти в частности. Для России — нефть и газ формируют около 60% всего экспорта и образуют в разные годы от 40% до 50% доходов бюджета. Любой скачок цены немедленно влияет на курс рубля, а вместе с ним и на уровень инфляции. Стоит вспомнить провальное начало 2016 года. Кстати, на него мы потратили 2,6 трлн рублей из Резервного фонда, а в 2017 году — мы его истратили окончательно. Ещё одно такое падение, и стране придётся залезать в международные долги.
Избыточная доля госсектора в экономике тормозит развитие промышленности и частного бизнеса. ФАС подсчитала, что вклад его и госкомпаний в ВВП вырос до 70% в 2015 г. с 35% в 2005 г. и продолжает с каждым годом увеличиваться. В свою очередь российский частный бизнес тоже всё больше ориентируется на госконтракты, то есть по сути тоже живёт за счёт государства. При этом в целом в промышленности уже сейчас наблюдается рецессия — многие отрасли не спасают даже миллиардные госпрограммы. Реформ, направленных на стимулирование экономического роста не проводится, зато растёт налоговая нагрузка на бизнес и физических лиц, что ещё больше тормозит экономический рост.
Ещё одно резкое падение цен на нефть, которое рано или поздно произойдет, приведет к падению доходов бюджета, а промышленность не будет иметь сил, чтобы восстановиться, торговать и платить налоги. Курс рубля снова упадёт, и ,чтобы выполнять свои обязательства, государству придётся печатать больше денег. Таким образом, может начаться то, что происходит сейчас в Венесуэле.
Инфляция под два миллиона и тотальный дефицит. Что не так с Венесуэлой?
В Венесуэле разразился политический кризис. Глава правительства и главный оппозиционер Хуан Гуайдо провозгласил себя главой государства. Его тут же признали Штаты, Канада, Бразилия и другие соседи по американскому региону (а также зависимые от США Грузия и Косово).
Между тем президент действующий, Николас Мадуро, оставлять президентское кресло не собирается. Он призвал армию к верности и единству, а еще объявил о разрыве дипломатических отношений с США, потребовав, чтобы американские дипломаты покинули республику в течение 72 часов.
Сотни тысяч венесуэльцев поддерживают новоявленного президента. Население устало от галопирующей инфляции, безработицы и страшного дефицита. Что случилось с экономикой Боливарианской республики, рассказывает АиФ.ru.
Экономическое чудо рухнуло
Расцвет Венесуэлы пришелся на время правления Уго Чавеса (с 1999 по 2013 гг.). Особенно улучшение жизни было заметным для бедных жителей республики: они и были электоратом Чавеса. Для них доступнее стали образование, медицинское обслуживание, потребительские товары. Количество бедняков снизилось с 48% до 32%. Объем ВВП удвоился: с 201 до 402 миллиардов долларов.
Экономическое чудо начало рушиться через год после смерти Чавеса. В 2014 году нефтяные котировки устремились вниз. Дело в том, что нефть — это основной экспортный товар Венесуэлы, почти 90% всех доходов республики приходилось на продажу углеводородов, а ее бюджет верстался исходя из цены барреля более 100 долларов. В октябре 2014 года баррель Brent просел ниже 90 долларов, в ноябре — уже ниже 80 долларов. Усугубило ситуацию на сырьевом рынке решение ОПЕК не сокращать квоты на добычу нефти, обвал котировок ускорился. В январе 2015 года черное золото продавалось по 45 долларов за баррель, через год — опускалось ниже 30 долларов.
Три года назад Экономическая комиссия для Латинской Америки и Карибского бассейна оценивала внешний долг Венесуэлы в 132,15 миллиарда долларов. Уже через год он вырос до 150 миллиардов. Из-за хронических долгов Венесуэлу даже лишали права голоса в ООН.
Международные рейтинговые агентства ухудшают кредитные рейтинги и прогнозы по экономическому будущему Боливарианской республики. Например, год назад Standard & Poors (S&P) объявило дефолт по облигациям Венесуэлы. «Венесуэла не сделала купонный платеж на 45 миллионов долларов с учетом 30-дневного льготного периода», — пояснили в S&P.
Это же агентство в 2017 году также понизило рейтинг республики по обязательствам в иностранной валюте до дефолтного уровня. За пять лет ВВП Венесуэлы рухнул на 58%, причем на 18% — в прошлом году.
Жизнь по карточкам
Инфляция в Венесуэле — одна из самых высоких в мире, исчисляется она миллионами процентов. По данным Национальной ассамблеи страны, в прошлом году темпы роста цен составили 1,7 миллиона процентов. В Международном валютном фонде (МВФ) прогнозируют инфляцию в 10 миллионов процентов по итогам 2019 года.
Последние годы республика переживает острый дефицит самых разных товаров: от лекарств и туалетной бумаги до хлеба и топлива. В свое время The Wall Street Journal писала, что основные продукты питания невозможно найти даже в Каракасе. Продовольствие в стране выдается по карточкам, жители вынуждены были перейти на бартерный обмен, а вход в метро сделали бесплатным: у государства нет возможности напечатать проездные билеты (а у населения нет возможности их купить).
Пару лет назад наличные в магазинах Боливарианской республики взвешивали на весах: чтобы сосчитать огромные суммы, кассирам требуется слишком много времени. Агентство Bloomberg приводит слова продавца из Каракаса Умберто Гонзалеса, который считает, что теперь кусок сыра стоит дороже, чем пачка денег того же веса.
В августе 2018 года власти провели деноминацию. В обращение запустили новую валюту: суверенный боливар (с купюр убрали пять нулей), курс которого привязали к венесуэльской криптовалюте петро (обеспечена нефтью).
Тотальный дефицит, товары по карточкам, галопирующая инфляция — все это вынуждает венесуэльцев бежать из страны. По данным ООН, за время экономического кризиса Боливарианскую республику покинуло более 3 миллионов человек.
Китайская надежда
Венесуэла — крупнейшая страна по запасам нефти. По данным американской Службы энергетической информации (Energy Information Administration), республика располагает запасами в 300,8 миллиарда баррелей. Для сравнения: в Саудовской Аравии эксперты насчитали 266,4 миллиарда баррелей.
Но экономический крах и санкции США привели к тому, что в Венесуэле сокращается добыча основного экспортного товара, закрываются нефтеперерабатывающие заводы.
Для понимания: в 2016 году республика производила 2,6 миллиона баррелей нефти в сутки, в 2018 году — уже 1,24 миллиона баррелей в сутки. В стране закрываются нефтедобывающие предприятия, в том числе крупнейший НПЗ — Amuay.
Нарастить добычу черного золота Венесуэла рассчитывала за счет Китая. В сентябре прошлого года стало известно, что Пекин собирается выделить Каракасу кредитную линию в размере 5 миллиардов долларов. Деньги как раз должны были пойти на увеличение производства нефти до 2,2 миллиона баррелей. Правда, 1 миллион баррелей отойдет китайцам как плата за кредит.
Китай является самым крупным инвестором Венесуэлы. По данным консалтинговой компании Ecoanalitica, за десять лет Поднебесная предоставила Боливарианской республике кредитов на 70 миллиардов долларов. Возвращать эти займы Каракас должен как деньгами, так и углеводородами, как рассказал агентству Bloomberg директор Ecoanalitica Асдрубал Оливерос.
Массовые акции протеста в Венесуэле
Массовые акции протеста в Венесуэле
Последняя инвестиция Китая — это покупка государственной корпорацией CNPC 9,9% акций добывающего предприятия Sinovensa. В настоящее время КНР владеет 49% Sinovensa.
Гиперинфляция в Венесуэле. Что делать с режимом в Каракасе?
МВФ прогнозирует, что инфляция Венесуэле в 2018 году возрастет и составит 13000%. Поскольку цены растут, а уровень безработицы, как ожидается, увеличится до более чем 36% к 2022 году, доходы венесуэльцев не могут поспевать за потребностью покупать продукты питания, как прежде. Почти 3/4 венесуэльцев сообщили о недоедании в следствии экономического кризиса, и в среднем потеря живого веса составила 9 кг. Венесуэла недавно превзошла Китай и Мексику как крупнейший источник беженцев, которые просят приют в США.
Когда уровень убийств подскочил до второго по величине места в мире, все меньше и меньше авиакомпаний продолжают летать в Каракас. Еще более разрушительной для многих венесуэльцев, чем нехватка продовольствия в стране, является нехватка медикаментов, и, согласно Transparency International, венесуэльское правительство является наиболее коррумпированным в западном полушарии.
Ной Смит утверждает, что одна из проблем гиперинфляции состоит в том, что мы точно не знаем всех ее причин. Гиперинфляции настолько редки и находятся настолько далеко за пределами обычных макроэкономических моделей, что для экономистов имеет смысл использовать другой подход для их изучения.
Лучшие исследования о гиперинфляции подходят к феномену гиперинфляции, как детективы — исследуют специфику событий и государственных решений в каждом конкретном случае и пытаются сделать обобщения. Например, анализ Сарджента в 1981 года ограничен тем, что все четыре инфляции, которые он изучал, стали результатом военных репараций, сделанных Центральными державами после Первой мировой войны. Более поздние наблюдения в основном касаются малых и бедных стран, которые в основном заимствуют из-за границы. Иными словами, вопрос о том, имеет ли государственный дефицит значение, принципиально зависит от еще нерешенного вопроса о том, что же вызывает гиперинфляцию в первую очередь.
У Хосе Ниньо есть объяснение того, как Венесуэла достигла нынешнего кризиса. Хенкель Гарсиа также объясняет крах Венесуэлы в исторической перспективе. Кризис в Венесуэле, — утверждает он, — глубокий, сложный и сопоставимый, возможно, только с военными действиями в XIX и XX веках. Диктатура в Венесуэле достигла этого без войны, вызвав широкомасштабный голод и политическую нестабильность, подорвав доверие к стране как внутри, так и за рубежом.
Он говорит, что после более чем четырех десятилетий головокружительных экономических потрясений и спадов венесуэльцы начинают понимать, насколько неэффективно централизованное планирование. Для восстановления единства нации потребуется коренное переписывание правил игры. Это означает восстановление как венесуэльской экономики, путем ее перехода к рыночной экономике, так и венесуэльских институтов, путем повторного создания экономической и политической структуры.
Стив Ханке, который был экономическим советником президента Рафаэля Кальдеры в 1995–1996 годах, считает, что президент Мадуро завалил все испытания по экономической грамотности в чем-угодно, что он предпринимал. Он также утверждает, что есть только два способа прекратить инфляцию в Венесуэле и установить стабильные условия необходимые для проведения столь необходимых экономических реформ.
Одним из способов состоит в том, чтобы отказаться от боливара и официально долларизировать экономику. Другой способ — это установить валютный совет, который наложил бы жесткие бюджетные ограничения и дисциплину на экономику. В то время как идея валютного совета стала спорной после дефолта в Аргентине в 2002 году, Ханке считает, что эти критические замечания здесь неуместны, потому что аргентинский случай имел две особенности, которые исключили его из традиционной модели валютного совета.
Анна Мария Сантакру и Хетт Чжу из Федерального резервного банка Сент-Луиса считают, что в Венесуэле по-прежнему есть надежда. Бразилия находилась в аналогичной ситуации в течение десятилетий в XX веке, а уровень ее инфляции достигал более 2000% в 1993 году. Чтобы стабилизировать экономику, бразильское правительство создало виртуальную валюту, называемую единицей реальной стоимости (URV). Неприкосновенность и прозрачность URV сделали ее гораздо более стабильным и надежным средством, чем ранее выпущенные бумажные деньги. Поэтому, если Венесуэла сможет скорректировать свои большие дисбалансы и установить некоторые фискальные дисциплины, чтобы восстановить доверие людей к финансовой системе, они считают, что ее гиперинфляция может быть приручена в конечном итоге.
Мэтт О’Брайен утверждает, что Николос Мадуро из Венесуэлы повторяет все то, что делал Роберт Мугабе в Зимбабве десять лет назад: вы можете заставить людей поддерживать вас, несмотря ни на что, если они думают, что ваши противники являются их врагами. Оказывается, что революции стремятся не только к хлебу, им нужна также нужна поляризация. Это единственный способ объяснить тот факт, что двое из наиболее экономически разрушительных правительств в недавней истории также были двумя из самых длительных.
Идеология — это единственное, что осталось у Венесуэлы и Зимбабве. Обе их идеологии появились на противопоставлении крайнему неравенству в более ранних режимах. Те правительства потерпели неудачу по той причине, что люди стояли по разные стороны, то есть были разделены, и О’Брайен считает, что поляризация — эта проблема, которая не затрагивает такие страны, как Венесуэла и Зимбабве, где все, или почти все, находятся в крайней бедности, а искусственным поляризирующем фактором для всех выступают некоторые враги.
Венесуэльский экономист Рикардо Хаусман собрал статистику, согласно которой минимальная заработная плата (заработная плата, получаемая медианным работником), измеренная в самых дешевых доступных калориях для пропитания, снизилась с 52,854 калорий в день в мае 2012 года до 7,005 к маю 2017 года, что уже недостаточно для того, чтобы кормить семью из пяти человек. С тех пор условия резко ухудшились, и в прошлом месяце минимальная заработная плата упала до 2740 калорий в день.
Со всеми решениями, которые являются либо непрактичными, либо считаются неосуществимыми, либо неприемлемыми, большинство венесуэльцев желали бы, чтобы какой-то deus ex machina спас их от всей этой трагедии. Хаусманн считает, что свободные и справедливые выборы невозможны, внутренний военный переворот для восстановления конституционного правления является неприемлемым для многих демократических политиков, а целенаправленные санкции США, слишком медлительные, и могут повлечь за собой десятки тысяч жертв, и миллионы дополнительных венесуэльских беженцев, прежде чем принесут предполагаемый эффект в свержении режима.
Хаусманн считает, что по мере ухудшения условий в Венесуэле решения, которые должны начать рассматриваться, включают те, которые ранее считались невероятными, включая военное вмешательство коалиции региональных сил. Военная помощь потребуется новому правительству, которое будет избрано Национальным собранием, после того, как Мадуро и его правительство будут вынуждены оставить свою власть.