Он первый кто предсказал обвал рынка (см), что за фильм?
Он первый кто предсказал обвал рынка, его сделки положили начало банкротства, что за фильм?
В этом фильме рассмотрены 3 группы людей, которые тем или иным методом узнали, что на рынке есть большой спекулятивный мыльный пузырь, которому вскоре суждено лопнуть. Являясь финансистами, каждый пытается извлечь из этого выгоду.
Герои идут против рынка. Их считают сумасшедшими. Перед каждым встают свои проблемы, однако они не сомневаются в себе и идут наперекор системе.
В киноленте много действующих лиц. Каждому уделено не так уж и много внимания. Но, благодаря хорошей актерской игре, получилось проникнуться с симпатией к каждому герою.
Отличное кино, хотя начинается оно не очень весело. Вначале создатели просто заваливают специфической финансовой терминологией, обсуждают банки, займы и прочее.
Это фильм «Игра на понижение». Герои работы оказались в итоге правы, однако это значит лишь одно – крах финансовой системы, который коснулся каждого.
Обвал фондового рынка: Джереми Грентем пророчит очередной кризис. Что делать инвесторам
Джереми Грентем не нуждается в представлении. Это миллиардер из Британии, который в свои 83 года продолжает зарабатывать миллионы. Его компания управляет инвестициями в размере 160 млрд долларов. «Легенда инвестиций» уже несколько раз предсказывала обвал фондового рынка, за что получила прозвище «вечного медведя». И сейчас его опасения более чем обоснованы. Что ожидать инвесторам в Германии и других странах мира, которые вложили средства в ценные бумаги корпораций и биржевых фондов?
Сбывшиеся пророчества
Почему стоит изучать прогнозы Джереми, который предсказывает обвал фондового рынка? Он один из тех, кто очень точно предсказал прошедшие ранее обвалы рынка. И те немецкие финансисты, которые прислушались к его советам, не пожалели о принятом решении. Среди них:
- Крах фондовой биржи Японии в конце 80‑х годов прошлого века. Тогда индекс Nikkei 225 рухнул на 39 тыс. пунктов и достиг исторического минимума за все свое существование. Но затем падение продолжилось. Последствия «лопнувшего пузыря» Япония разбирала еще почти 10 лет. Но и сейчас до былых максимумов ценные бумаги крупных корпораций так и не дошли. Инвестиционная компания Грентема заранее избавилась от этих активов и спасла деньги инвесторов, находящиеся в ее доверительном управлении.
- Кризис доткомов. Пузырь компаний, работавших в сфере информационных технологий, надувался с 1995 года. Конец настал на рубеже XX и XXI веков. Тогда банкротами себя объявили сотни публичных корпораций, а индекс NASDAQ отвесно пошел на дно. Восстановление заняло около 13 лет. Фонд Джереми распродал акции доткомов за три года до этого события и был рад. Хотя с 1997 по 2000 год постоянно кусал локти, наблюдая продолжающийся рост.
- Кризис 2008 года. О нем финансист предупреждал за год до наступивших событий. Тогда он предсказал также падение рынка недвижимости в США и уменьшение процента прибыли производственных компаний. Как и с в случае с текущей ситуацией, тогда многие руководители финансовых компаний и руководящий состав ФРС не видели негативных явлений или не хотели их видеть.
Пророчество от Джереми Грентема
Как видите, в прозорливости Джереми Грентема фондовые инвесторы могли убедиться не раз. У него талант «видеть» финансовые пузыри на рынке и вовремя предсказывать момент, когда они «лопаются». Он еще в 2017 году говорил о том, что на рынке складывается не самая благоприятная ситуация. Инвестор говорил, что девять лет тренд постоянно был восходящим и настало время разворота. Конечно, речь идет о событиях в США, а не Германии. Но немецкий фондовый рынок связан с мировой экономикой. Поэтому не замечать общемировых событий было бы ошибкой.
Однако ничего страшного не случилось. Но это не заслуга экономики и не ошибка экономиста. Как ни странно, «сохранил» фондовый рынок прошлый президент США — Дональд Трамп. Он устроил торговую войну, которая замедлила рост многих компаний. То есть восторженные настроения частично спали и «пузырь» начал надуваться медленнее.
Однако Грентем по-прежнему уверен, что кризис только подвинулся во времени, но не исчез. Хотя многие финансовые аналитики с ним не согласны. Несмотря на пессимистические настроения Джереми, поведение фондовых индексов и акций крупных корпораций доказывают обратное.
Основания для прогноза
В свою защиту инвестор говорит о том, что пузыри легко увидеть, но точно предсказать момент обвала невозможно. О скором падении курса ценных бумаг на бирже свидетельствуют сразу несколько признаков:
- Вокруг фондового рынка создается сильный информационный шум. То есть возникает что-то аналогичное истории «чистильщика обуви, который заинтересовался инвестированием». Когда такое происходит, рынок в большинстве случаев ожидает резкий спад.
- На рынке имеют место чрезмерные спекуляции. Об этом свидетельствует взрывной рост акций некоторых корпораций. Например, Tesla. Такое уже происходило в истории ценными бумагами Kodak и других публичных компаний. У компании Маска каждый проданный электромобиль увеличивает капитализацию на 1,25 млн., в то время как средний показатель по рынку — около 9 тыс.
- Фондовый рынок сильно перегрет, множество компаний проходит процедуру IPO. Количество публичных корпораций, капитализация которых превысила 250 млн долларов, увеличилось по сравнению с уровнем 2000 года в три раза. Что не есть хорошо для инвесторов.
Но есть и существенные отличия от лопнувших ранее пузырей. Тогда они «надувались» на фоне сильной экономики и небольшой инфляции. По крайней мере, так казалось большинству финансистов. Сейчас же очевидно ослабление мировой экономики из-за коронавируса и сложной политической ситуации.
По словам Джереми Грентема инвесторы слишком верят в силу Федеральной резервной системы США и ее способности поддерживать экономику. Но мощь ФРС имеет границы. Регулятор уже поступал так перед кризисами 2000 и 2008 года. Все знают, чем это закончилось.
Из-за того, что рынок нагрет сильнее, чем в предыдущие годы, падение будет просто катастрофическим. Однако, что переполнит чашу и когда это случиться — предсказать со 100% уверенностью невозможно.
Что делать инвесторам
Очевидно, что падение фондового рынка не за горами. Как поступать в этом случае инвесторам из Германии, которые зарабатывают на акциях и хранят капитал в ценных бумагах? Самый простой вариант — полностью избавиться от этих активов и перевести средства в кеш или другие инструменты.
Но есть и другой вариант. Джереми советует вкладывать деньги в три направления:
- Недооцененные акции. То есть ценные бумаги компаний, которые стоят дешевле, чем размер активов эмитента. В этом случае их цена имеет материальную основу, а не создана повышенным спросом. Риска обвала можно избежать.
- Акции предприятий с развивающихся рынков. Необходимо приобретать ценные бумаги корпораций, которые работают в странах, развивающихся не так быстро, как США. В этом случае пузырь не будет надут так сильно и обвала можно избежать.
- Акции в сфере «зеленых инвестиций». В последние годы стратегия финансирования предприятий, решающих экологические проблемы, показала высокую эффективность. Грентем считает это направление перспективным и в ближней, и в отдаленной перспективе.
Что в итоге
Ни один человек, независимо от его опыта и успешности в инвестировании, не может на 100% предугадать обвал фондового рынка. В случае с Джереми Грентемом ситуация не выбивается из общей канвы. Возможно, это станет очередным сбывшимся пророчеством финансиста. А возможно, он выдает желаемое за действительное с целью привлечь больше внимания общественности к своей личности и бизнесу.
Кристиан Бейл о фильме «Игра на понижение»
21 января в российский прокат выходит «Игра на понижение» Адама Маккея — основанная на реальных событиях история о том, как несколько дельцов с Уолл-стрит почти независимо друг от друга предсказали обвал рынка, приведший к кризису 2008 года. Первую скрипку в блистательном актерском составе, объединившем Брэда Питта, Стива Карелла и Райана Гослинга, играет Кристиан Бейл. Склонный к кардинальным перевоплощениям артист исполнил роль Майкла Бьюрри — чуть аутичного металлиста и гениального аналитика, который первым, еще в 2005-м, просчитал обвал рынка и понял, как на нем заработать не выходя из офиса. В преддверии выхода «Игры на понижение» в прокат Бейл побеседовал с корреспондентом «Газеты.Ru».
— Скажите, что прежде всего привлекло вас в этой роли?
— В первую очередь — одержимость Адама. Когда он позвонил и предложить сыграть Майкла, его голос буквально звенел от напряжения, в нем были все эмоции сразу — восторг, отвращение, ярость и ирония. При этом он не отпугивал, а, наоборот, заражал своей энергией, сопротивляться было бесполезно. Кроме того, Бьюрри — это по-настоящему потрясающий человек, и сыграть его — большая удача.
— Расскажите немного о нем.
— Он невероятно интересный человек. Во-первых, это первый, кто во всеуслышание заявил о грядущем обрушении рынка недвижимости, которое привело к финансовому кризису 2008 года. Но мало того, он еще и точно предсказал, когда все это случится. Майкл очень хорошо знает себя, свои сильные и слабые стороны.
При этом буквально живет и дышит цифрами, для меня это его свойство и вообще то, как устроен его мозг, так и осталось непостижимым.
Он может провести несколько дней, непрерывно анализируя биржевые сводки и вообще все, что связано с цифрами. Для меня важно, что это именно страсть, настоящая и искренняя, зарабатывание денег его интересует далеко не в первую очередь, в отличие от прочих дельцов с Уолл-стрит.
— Вы же встречались перед съемками?
— Да, я ездил к Майклу в Северную Калифорнию. Предварительно нам составили распорядок дня — завтрак, ланч, то-се. В итоге мы сели друг напротив друга примерно в 8.30 утра и встали только через девять часов. Это была одна из самых поразительных и захватывающих бесед в моей жизни.
— Что вам нового удалось узнать о кризисе, пока вы готовились к съемкам?
— Я прочел абcолютно все, что на этот счет писали газеты, помимо всех этих историй про Хэнка Полсона, Бена Бернанке, AIG. Но я научился у Майкла одной важной штуке: пока мы снимали фильм, я много думал про все эти расклады, но как только закончили съемки, моментально выкинул с головы (смеется). Сейчас уже сложно что-то вспомнить.
— Что в изучении истории кризиса было для вас самым неожиданным?
— Самое удивительное, что все это не так сложно, как кажется, а я не такой тупой, как всегда думал. Ну то есть как. Я не разбираюсь во всех этих сокращениях, но покажите мне картину целиком, и я разберусь в том, что происходит. Для того чтобы смотреть наш фильм, не надо быть профессиональным финансистом. Мне кажется важным, чтобы люди это поняли.
— В чем был главный вызов в работе над «Игрой на понижение»?
— Это сложно объяснить. Понимаете, мне очень нравится Майкл, но важно было не дать себе поверить в то, что он был героем. Настоящей правдивой истории не получилось бы, если бы я убедил себя в том, что в нем и других персонажах не было никаких отрицательных черт. Майкл это, кстати, отлично понимал, и сам первым сказал, что никаким героем он не был. Фильм получился интересным именно благодаря тому, что в какой-то момент зритель почти верит в то, что он и остальные персонажи — отличные парни.
Но в финале ты понимаешь, что ничего героического в них нет:
нет ничего сверхъестественного в том, чтобы говорить правду. Но Уолл-стрит такое место, где быть честным уже что-то из ряда вон выходящее.
— Как вам кажется, мы учимся на своих ошибках или обречены вновь повторить их?
— Мы, конечно, должны учиться, и каждый знает, что надо делать. Большие банки должны перестать существовать. Нужно быть уверенным, что корпорации, способные обрушить все, больше не появятся. Но в реальности ничего не изменилось, так что все может повториться.
— Давайте вернемся к подготовке к роли. В чем она заключалась?
— Ну, знаете, у меня была удивительная возможность очень подробно изучать своего героя, не опасаясь, что он вызовет полицию и обвинит меня в домогательствах (смеется). Больше всего, конечно, я благодарен времени, проведенному с Майклом. Кстати, важным моментом была его физическая форма. Он вообще довольно здоровый парень, а в те годы еще и постоянно качался, так что мне надо было набрать мышечную массу — и сделать эту дурацкую стрижку из дешевой парикмахерской типа Supercutrs. Ну и, наконец, мне пришлось выучить партию барабанов из песни Pantera «By Demons Be Driven». Было очень круто!
— Есть ли какие-то принципиальные различия в подготовке к ролям Бьюрри и, например, Дики Эклунда из «Бойца»?
— Да нет, кардинальных различий нет. Конечно, разнятся цели и задачи, но принцип один и тот же. Смысл в том, чтобы максимально расположить к себе героя, сделать так, чтобы он пустил тебя в свою жизнь, позволил наблюдать за собой, научиться быть незаметным, как муха на стене. И в то же время ты должен и сам максимально раскрыться, потому что какого черта кто-то должен делиться с тобой сокровенным, если ты не отвечаешь взаимностью? Способы достижения такой близости всегда разные, но идея одна и та же.
— Давайте вернемся к разговору о режиссере. Вы очень тепло о нем говорите, но для большинства актеров и зрителей Маккей — комедиограф и, соответственно, последний человек, которому можно довериться в случае с серьезной историей о кризисе.
— Ну да, я придерживался того же мнения, пока мы впервые не поговорили. Я уже упоминал одержимость, страсть, с которой он относился к этой истории. Так вот, для меня такое отношение — это необходимое свойство и одна из гарантий успеха. Постепенно я понял, что Адам — это идеальная кандидатура.
Сами подумайте, такой человек способен снять по-настоящему неклишированный фильм про Уолл-стрит.
Он умеет делать кино увлекательным, выдерживать баланс между трюками, юмором и действительно жутковатыми эпизодами. По «Игре на понижение» очевидно, что лучшего режиссера нам было не найти, он блестяще со всем справился.
— Ваш герой не встречается ни с кем из остальных действующих лиц. Как вы это снимали?
— А вот ровно так, как вы видите на экране. Я сидел в своей комнате в офисе, ко мне периодически заходил кто-то из немногочисленных партнеров, а все остальное время я был наедине с голосом Адама в динамиках. Он непрерывно объяснял мне, что делать, например ржать на протяжении нескольких дублей (смеется.).
— Вашими коллегами по «Игре на понижение» стали прекрасные актеры.
— Ни одного из которых я ни разу за время съемок не видел! (Хохочет.)
— Даже на репетициях? Или во время подготовительного периода.
— Нет! Вообще. Ни разу. Никого. Не видел. И даже не разговаривал! Кроме того, меня снимали первым, в первую неделю съемок, а остальных позднее. Я даже попросил гримеров, чтобы они как бы случайно в присутствии остальных актеров обсудили, как хорошо было работать в первую неделю. Ну, знаете: «Было так круто, почему так не может быть всегда?» (Смеется.) Короче, я никого не видел до самой премьеры, да.
— Как вам, кстати, пришелся фильм целиком?
— Я был в восторге. В полном. Сразу сказал: «Включите сначала, хочу еще прямо сейчас». Он оказался еще более затягивающим и прикольным, чем я мог себе представить!
— Фильм стал фаворитом сезона наград. Что для вас значит такое внимание к картинам с вашим участием?
— Ну, это вроде как классный комплимент, но какая к черту разница? Я имею в виду, что для меня имеет значение, талантливое кино или нет. Можно ли оценить это наградами? Когда-то можно, когда-то нет. Мне просто дико нравится сниматься, и я стараюсь хорошо сделать свою работу, раскрыть характер на экране. Если эта работа удостаивается номинации или награды — отлично. Но если бы это было моей единственной мотивацией, то я был бы в собственных глазах полным идиотом.
«Игра на понижение»: 7 бизнес-уроков из популярного фильма
Уже неделю в российском прокате идёт «Игра на понижение» — фильм о причинах мирового финансового кризиса 2008 года и тех, кто сумел предсказать катастрофу и заработать на ней. Сюжет основан на бестселлере Майкла Льюиса «Большая игра на понижение». Герои — реальные инвесторы и банкиры с Уолл-стрит — действуют неординарно и получают шанс заработать на приближающемся кризисе. «Секрет» выбрал, чему у них стоит поучиться предпринимателям.
Уже неделю в российском прокате идёт «Игра на понижение» — фильм о причинах мирового финансового кризиса 2008 года и о людях, которые сумели предсказать катастрофу и заработать на ней. Сюжет основан на бестселлере Майкла Льюиса «Большая игра на понижение». Герои — реальные инвесторы и банкиры с Уолл-стрит — действуют неординарно и получают шанс заработать на приближающемся кризисе. «Секрет» выбрал, чему у них стоит поучиться предпринимателям.
Изучайте детали, которые остальные считают неважными
Основатель хедж-фонда Scion Capital Майкл Бэрри предсказал мировой финансовый кризис, когда заперся в кабинете и изучил тысячи страниц документов, в которые до него никому не приходило в голову заглянуть. В начале фильма он заявляет новому сотруднику, что хочет получить информацию обо всех кредитах, которыми обеспечены низкокачественные ипотечные облигации, и тот удивляется заданию — их же миллионы, и никто никогда ими не интересовался. «Вот именно», — отвечает Бэрри и проводит следующие несколько дней, просматривая данные по каждому кредиту.
Кроме него такое внимание договорам по кредитам уделяли только юристы, которые их составляли. И поэтому Бэрри одним из первых увидел приближение мирового финансового кризиса — он выяснил, что число «токсичных» кредитов растёт. Кредиторы выдавали займы людям, которые были не в состоянии вернуть деньги, причём позволяли им платить только проценты. Обвал рынка недвижимости был неминуем.
Хотите оценить рынок, свои перспективы или конкурентов? Не ленитесь и проштудируйте всю доступную информацию, даже если её очень много. И обязательно читайте мелкий шрифт.
Презентуйте сложные вещи эффектно и метафорически
Переполненный бар, пьяные банкиры — в такой обстановке главный трейдер Deutsche Bank Джаред Веннетт (в книге и в жизни — Грег Липманн) слышит о безумце, который ходит по банкам и скупает дефолтные свопы (финансовые инструменты, страхующие от невыплаты по долгам) на низкокачественные ипотечные облигации. Липманн вслед за Майклом Бэрри решает сделать ставку на обвал рынка недвижимости, но для этого ему нужны партнёры из хедж-фонда. Он приходит к основателю Frontpoint Partners Марку Бауму (в книге и в жизни — Стив Айсман). Как убедить инвестора играть против рынка, который называют самым стабильным?
Веннетт достаёт игру «Дженга» — деревянные бруски, их надо выстроить в башню, а затем вынимать по одному. Цифры и факты, которыми сыплет Веннетт, сопровождаются вытаскиванием брусков из башни, символизирующей постройку из ипотечных облигаций класса BBB (кредитный рейтинг со средним уровнем надёжности, в облигации низшего класса инвестировать не рекомендуется). Конец презентации — и «Дженга» рушится. Аллегория яснее некуда — облигации превратятся в проблемные, как только 16% заёмщиков из ипотечного пула не выплатят долги. Вряд ли Веннетту удалось бы достичь такой степени драматизма, просто рисуя схемы на доске.
Режиссёр фильма «Игра на понижение» Адам МакКей берёт пример со своего героя. Суть проблем с CDO (обеспеченные долговые облигации) он показывает на игре в казино, в которой участвуют актриса Селена Гомес и экономист Ричард Талер. Гомес делает ставку, а люди, столпившиеся около стола, начинают ставить на её выигрыш или проигрыш. Другие зрители спорят уже о ставках этих людей, а на их спор ставят остальные. В итоге изначальная ставка в миллион долларов может превратиться в ничем не обеспеченные миллиарды. Вряд ли вы сможете привлечь Селену Гомес для своих презентаций партнёрам или инвесторам, но если будете действовать по аналогии, то выделитесь среди конкурентов.
Проверяйте гипотезы на практике
Эффектное выступление Веннетта сподвигло Марка Баума проверить его теорию. Он не стал обращаться к экспертам и крупным игрокам рынка, а отправился к тем, на ком этот рынок держится. Проехавшись с риелтором по одному из престижных районов, Баум слышит, что почти все дома здесь взяты в ипотеку и владельцы скоро будут перепродавать их, так как не могут выполнить долговые обязательства. Поговорив с теми, кто выдаёт займы, Баум узнаёт, что они не сильно заботятся о платёжеспособности клиентов и выдают кредиты пачками, чтобы потом перепродать их банкам. Наконец, навестив стрип-бар и уединившись с проституткой, Баум понимает, что рынок недвижимости обречён.
«У меня пять домов», — заявляет Баум девушка, исполняя эротический танец. Она не в курсе, что её льготная ставка скоро исчезнет и за все дома придётся платить. Впрочем, заплатить она не сможет. Никто из экспертов, называющих ипотечный рынок стабильным, не оказывался в этой кабинке и не говорил с реальным заёмщиками, кредиты которых входят в облигации со средним уровнем надёжности. Спуститься на землю и пообщаться с обычными потребителями может быть очень полезно. Особенно если до вас это никому не приходило в голову.
Чётко понимайте выгоду своих партнёров
«Как ты ******* (проведёшь) нас?» — звонит один из сотрудников Баума Джареду Веннетту перед тем, как заключить с ним сделку. Тот отходит от тренажёра, смеётся и рассказывает, как заработает кучу денег и его партнёры в любом случае останутся в выигрыше. Как бы он ни повёл себя, у них всё равно останутся дефолтные свопы, а облигации рано или поздно окажутся мусором. Только после этого разговора Frontpoint Partners вступает в игру.
Этот эпизод занимает несколько минут, но урок очень важен — никогда не оценивайте сделки только по своей выгоде. Важно понимать, что получит ваш партнёр и как он может вас подставить, чтобы получить больше вас. Да, в бизнесе всё построено на взаимовыгодном сотрудничестве, но это не тот случай, когда стоит бросаться открывать подарок, только увидев его под ёлкой. Чем привлекательнее сделка — тем строже её нужно проверять.
Фотография: Jaap Buitendijk/Paramount Pictures
Не верьте в объективность
На каждом рынке есть независимые эксперты… на самом деле нет. Все всегда играют в своих интересах — в этом команда Марка Баума убеждается, когда приходит в рейтинговое агентство Standard & Poor’s. Кризис, которого ждали все поставившие на понижение, уже близко. Становится известно о невыплаченных кредитах, но рейтинги облигаций по-прежнему остаются высокими. Баум недоумевает — как так, ведь всё рушится, нужно присваивать этим бумагам высокую степень риска и прекращать ими оперировать. Топ-менеджер рейтингового агентства, женщина в перфорационных очках, в ответ на его претензии тихим голосом говорит, что если Standard & Poor’s оценит облигации ниже, то банки просто отнесут свои деньги через дорогу — в агентство Moody’s. И добавляет: «Только я вам этого не говорила». Помните, что любой бизнес — это прежде всего получение прибыли. Поэтому все данные от экспертов и игроков рынка стоит проверять самим (а это возвращает вас к первому уроку).
Не переоценивайте конкурентов
«Какие же они тупые», — повторяют герои фильма, оказавшись в Лас-Вегасе на ежегодной конференции по низкокачественным бумагам. Они поехали туда, чтобы пообщаться с участниками рынка ипотечных облигаций, но в разговорах обнаружили, что никто не подозревает о грядущем кризисе. Команда Марка Баума, а также молодые инвесторы Чарли Ледли и Джейми Май хотели понять, против кого они будут играть и как противники смогут их наколоть, но поняли, что соперники даже не думают о соревновании. Так что не тратьте слишком много времени на противодействие конкурентам — вполне возможно, они не стоят того.
Абсолютной уверенности не бывает
Когда Майкл Бэрри предлагал первым банкам выпустить дефолтные свопы на низкокачественные ипотечные облигации, их представители повторяли: «Вы уверены? Вы же понимаете, что этот рынок наиболее стабильный? Вы же знаете, что он никогда не падал?» За спиной Бэрри они разражались смехом, потому что были уверены: только что заключили самую выгодную сделку — Бэрри до конца жизни будет платить им по бумагам, ведь рынок недвижимости не обвалится. Но в 2008 году финансовая катастрофа надвинулась на эти банки. Бэрри заработал $100 млн для себя, $725 млн для своих инвесторов и закрыл свой фонд (как говорится в книге, он потерял интерес к финансовым рынкам и купил гитару).
Даже те, кто поставил на кризис, не могли быть абсолютно уверены в правильности своего предсказания. «Игра на понижение» кадр за кадром подчёркивает — никто не знал, когда произойдёт катастрофа. И поэтому в рискованные инвестиции надо вкладывать только те деньги, которые не понадобятся вам в ближайшее время. Даже если вы абсолютно уверены в выигрыше.